— Дыхание учащенное. — Доктор Холл приложила к ушам трубки фонендоскопа и прослушала сердце кобылки. — Сердцебиение тоже. — Она приложила фонендоскоп к боку лошади у задней ноги. — Сильные шумы в кишечнике. Похоже, Коллин, ты поставила верный диагноз.

Нагнувшись, доктор Холл снова порылась в чемоданчике и достала большой шприц.

— Сначала введем ей обезболивающее и транквилизатор, чтобы она успокоилась.

Она вонзила иглу шприца в шею Иволги, и Бесс охнула. Однако кобылка, казалось, даже не почувствовала укола. Нэнси поглядела на Коллин. В глазах подруги стояли слезы. Доктор Холл погладила Коллин по плечу.

— Погоди немножко. Мы введем ей растительного масла, и твоя девочка будет здорова как огурчик.

Коллин всхлипнула и утерла глаза рукавом.

— Но что случилось? Она совсем не была разгоряченной, когда я поставила ее в стойло. Она пожевала сена, оставшегося с утра. И все.

— Причина может быть любая, — сказала доктор Холл. — Возможно, съела что-нибудь не то.

Укол подействовал: Нэнси увидела, что Иволге стало легче. Дыхание замедлилось, веки опустились.

— Поглядим, как дело пойдет дальше, — сказала доктор Холл. — Я пока подожду. Надо бы проверить ее корм. Может быть, выяснится, почему у Иволги начались колики.

Коллин ласково погладила Иволгу и отстегнула повод. Нагнувшись, она взяла из кормушки охапку сена и вышла с ним из стойла. Иволга громко вздохнула и понурила голову, словно засыпая. Коллин разбросала сено по полу прохода. Пока доктор Холл убирала шприц и фонендоскоп, Нэнси встала на колени и начала перебирать сено.

— Поглядите-ка! — сказала она, поднимая зеленый стебель с длинными листьями. — Он же совсем свежий.

— Покажем его доктору Холл, — предложила Коллин. И они втроем пошли к пикапу, в который доктор Холл укладывала чемоданчик.

— Вот и виновник, — сказала она, когда они протянули ей растение. — Дурман.